Каждую неделю муж Инны отправлялся к родителям на дачу с продуктами, создавая привычный ритуал: в пятницу вечером он собирал вещи, а в субботу уезжал, вернувшись поздно, уставший и молчаливый, с запахом дыма и земли на одежде.
Он всегда подчеркивал, что родителям нужна помощь: "Маме тяжело, отец болеет". Инна не возражала. В последнее время она вообще редко вступала в споры; работа, домашние заботы и усталость создавали для неё атмосферу спокойствия, где многие вещи принимались на веру.
Тем не менее, что-то вызывало у нее беспокойство.
Ее муж всё чаще забывал звонить и становился раздражительным, когда она задавала вопросы. Однажды Инна заметила, что пакеты с продуктами выглядели слишком аккуратно, словно их никто не трогал.
В субботу она приняла решение: села в машину и поехала за ним, не предупредив и не звонив. Только сейчас она осознала, как спокойна она была. Это было не подозрение, а уверенное желание узнать правду.
Дачу встретила тишина. Калитка была открыта, но автомобилей родителей мужа не оказалось. Подойдя ближе, Инна услышала голоса и смех, доносящиеся с участка.
Она остановилась у старой яблони и увидела за столом мужа с неизвестной женщиной лет тридцати, на коленях у которой играл ребёнок. Они выглядели слишком уютно, слишком естественно.
— Ты сегодня рано, — обратилась к нему женщина, легонько коснувшись его плеча.
— Да, — ответил он с улыбкой. — Инна занята.
Инна не могла сдвинуться с места. Ее мысли на мгновение застопорились.
— А бабушка где? — спросил ребёнок.
— В доме, — ответил её муж. — Сейчас выйдет.
И тут Инна поняла: родители были здесь, и они знали.
Дверь дачи открылась, и свекровь вышла с чашками, увидев Инну и замерла.
— Инна… — начала она, — ты не предупредила.
— А вы не рассказали, — спокойно ответила Инна. Её голос звучал чуждо, но твёрдо.
Женщина побледнела, а ребёнок прижался к ней. Муж, вскочив, попытался объясниться: "Ты всё не так поняла, это сложная ситуация".
Инна долго на него смотрела, анализируя знакомые жесты и лицо человека, с которым прожила десять лет.
— Нет, — произнесла она. — Я всё поняла.
Она развернулась и направилась к машине. Никто не остановил ее.
Дорога домой показалась короткой, и Инна не размышляла о предательстве, а о том, как легко можно жить рядом с человеком и не знать, кем он стал.
Вечером она собрала вещи мужа, аккуратно положив их в чемодан и поставив его у двери.
Когда он вернулся и увидел чемодан, всё стало понятно без лишних слов.
— Я подам на развод, — произнесла Инна. — А продукты… оставь себе. Ты и так долго возил их не туда.
Иногда правда не прячется; она просто ждёт момента, когда ты приедешь без предупреждения.
